Новости    Библиотека    Ссылки    Карта сайта    О сайте





Щедрые бонусы казино СлотВ здесь

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава IV. Русские печати периода феодальной раздробленности


Русская сфрагистика располагает значительным количеством печатей, относящихся к периоду феодальной раздробленности. Основная масса их происходит из Новгородской феодальной республики. Но сохранились печати из Смоленского, Тверского, Московского и других княжеств. Большая часть печатей этого периода обнаружена археологами в отрыве от документов, но имеются печати, дошедшие до нашего времени и при документах.

Печати Новгородской феодальной республики отражают главные этапы развития республиканской государственности - княжеское, владычное и светское республиканское управление.

После восстания 1136 г. Новгород стал феодальной республикой, власть князя (впоследствии наместника князя) была ограничена. В новых условиях печать перестала быть регалией автократической власти и превратилась в средство контроля за княжеской деятельностью со стороны республиканских органов. Иными словами, княжеская печать перестала быть признаком власти князя. Печать становится необходимой принадлежностью князей там, где княжеская власть ограничена. Этим, видимо, объясняется почти полное исчезновение княжеских печатей в середине XII в. во всех княжествах, кроме Новгорода*.

*(См.: В. Л. Янин. Новгородские посадники, стр. 81, 123.)

Княжеские печати. Княжеские печати периода феодальной раздробленности Руси резко разделяются на печати XI! - начала XIV в. без указания на имя и титул князя и печати XIV-XV вв. с именем и титулом князя.

На княжеских печатях. XII-начала XIV в. изображен святой, имя которого носил князь. Таких патрональных печатей известно несколько типов. Они различаются по оборотной стороне печати, на которой помещали: святого, имя которого носил отец владельца печати, Иисуса Христа, крест, Богоматерь, сокольника.

Вследствие отсутствия указания на имя владельца печати, определение принадлежности печатей чрезвычайно сложно. Трудности определяются рядом моментов. Исследователям известны христианские имена далеко не всех князей этого периода. Летописи обычно называют светские имена князей. Кроме того, имена князей могли повторяться. Поэтому полной уверенности, что та или иная печать принадлежит именно данному князю, может не быть. Особенно сложно определение печати при наличии одного святого.

На печатях с изображением святого обычно помещалась надпись его имени. Но надпись не всегда, даже при наличии нескольких экземпляров одной и той же печати, удается прочесть. В некоторых случаях надпись, указывающая на имя святого, отсутствует. При неразборчивой надписи или ее отсутствии приходится определять по типу изображения, какой святой помещен на печати. Для определения принадлежности печати могут быть использованы разнообразные приемы. Если печать сохранилась при документе, то принадлежность ее определяется довольно легко: обычно из содержания документа удается извлечь данные о владельце печати. Гораздо сложнее установить принадлежность печати, когда она сохранилась оторванной от документа или обнаружена в земле. В этом случае обращаются к палеографическому анализу букв надписи, имеющейся на печати, и на основании этого анализа пытаются определить время и место происхождения печати. Полезно установление сходства изображения на печати, принадлежность которой известна. Сопоставление печатей дает возможность определять их принадлежность без четких указаний на владельца. В случае отсутствия надписи, указывающей на имя святого, можно сопоставить изображения на печати с изображениями, встречающимися на древних русских и византийских иконах. Бывает полезным сопоставление технических и художественных особенностей печатей.

Однако использование этих данных для определения принадлежности печати не всегда приводит к окончательным и единогласным решениям. Примером, показывающим на трудности определения принадлежности печатей, которые не сопровождаются надписью, могут быть печати с патрональным изображением святого и княжеского знака XII - начала XIII вв. Это крупные печати около 20 мм в диаметре, найденные в Новгороде. На одной их стороне изображен святой с надписью его имени, а на другой - княжеский знак Рюриковичей. Определение принадлежности этой группы печатей очень сложно. Персональную принадлежность печатей пытались определить Н. П. Лихачев, A. В. Орешников, Б. А. Рыбаков и В. Л. Янин. Основываясь на генеалогических изысканиях, схемах изменений геральдического знака, исследователи пытались связать княжеские знаки с князьями, имевшими имена, совпадающие с именами святых, изображенных на печатях. Однако изучение эволюции изображения княжеского знака показало, что ряд печатей с однотипным знаком имеет изображение разных святых, т. е. они принадлежали разным лицам и, следовательно, не могут быть определены как печати одного князя. К такому выводу пришел B. Л. Янин в своем исследовании актовых печатей. Он считает, что имеющийся материал дает основание предполагать, что среди печатей этого типа, помимо княжеских печатей, есть печати, принадлежавшие "лицам, имеющим непосредственное отношение к княжеской администрации - полномочных представителей князей"*. Княжеский знак в данном случае дает указание на то, какого князя представляло лицо, имеющее имя святого, изображенного на печати.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. I, стр. 144.)

Несмотря на значительные трудности, в исследованиях Н. П. Лихачева, А. В. Орешникова и В. Л. Янина разработана техника определения принадлежности княжеских печатей, позволяющая с большой долей убедительности связать ряд типов печатей с князьями, известными по письменным источникам.

Рассмотрим основные типы княжеских печатей периода феодальной раздробленности Руси.

Печати с патрональным изображением двух святых. Этот тип печатей является наиболее распространенным. Он встречается с начала XII в. до начала XIV в. Печати найдены не только во время раскопок, но сохранились и при документах. Подавляющая часть печатей этого типа принадлежит новгородским князьям. Но известны печати, принадлежавшие киевским, смоленским, черниговским, переяславским и другим князьям.

Рис 19. Печать князя Святополка Мстиславича
Рис 19. Печать князя Святополка Мстиславича

На печати, принадлежавшей новгородскому князю Святополку Мстиславичу (1142-1148 гг.), внуку Владимира Мономаха, на лицевой стороне помещено изображение св. Иоанна Предтечи в полный рост с благословляющей правой рукой и со свитком и крестом в левой руке. На оборотной стороне дается изображение св. Феодора в полный рост с копьем в правой руке и со щитом в левой. По сторонам изображений имеются надписи, указывающие, какие святые изображены. Христианское имя князя Святополка Мстиславича было Иоанн. Отец его, князь Мстислав Владимирович, имел христианское имя Федор. Печать Святополка Мстиславича относится к первой половине XII в., но такой же тип печати встречается и в XIII в.

На печатях Александра Ярославича Невского на одной стороне изображен св. Александр в полный рост со щитом и мечом, на другой - св. Феодор - также в полный рост с мечом или копьем. Александру Невскому принадлежит и другой вариант печатей, на которых на одной стороне изображен всадник с указанием на части печатей имени Александр, а на другой - изображение св. Феодора, поражающего копьем змия. В подавляющем большинстве на этих печатях изображен всадник с короной на голове, т. е., по мнению В. Л. Янина, он являлся одним из ранних случаев изображения самого князя*.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. I, стр. 23.)

Примером такого же типа печати является свинцовая печать, принадлежавшая великому князю Ярославу Ярославичу*. Ею скреплена договорная грамота Новгорода с Готским берегом, Любеком и немецкими городами о мире и торговле- 1262-1263 гг**. Аналогичной печатью скреплена договорная грамота Новгорода с князем Ярославом Ярославичем 1270 г***.

*(Н. П. Лихачев. Материалы..., вып. 1, стр. 37-41; В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 8-11.)

**(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 29, стр. 56.)

***(Там же, № 3, стр. 11-12.)

На одной стороне этой печати изображен Афанасий Великий - архиепископ Александрийский и надпись: "Агиос Авонаси", т. е. святой Афанасий (агиос - по-гречески святой). Наличие греческого слова на русской печати объясняется тем, что Древняя Русь приняла христианство от греков, и ряд греческих слов употреблялся в русской практике без перевода. На другой стороне печати изображены святой Феодор Стратилат и неясная надпись на одной стороне (очевидно, агиос) и имя Феодор*. Следовательно, для определения того, кому принадлежит эта печать, нужно искать сочетание имен Афанасий и Феодор в имени и отчестве князя. Такое сочетание имеется в имени князя Ярослава Ярославича. Его отец князь Ярослав Всеволодович, сын Всеволода Большое Гнездо, имел христианское имя Федор. Христианское имя Ярослава Ярославича было Афанасий. Поэтому на одной стороне его печати имеется изображение Афанасия Великого - святого, имя которого носил сам князь, а на другой - изображение Феодора Стратилата - святого, имя которого носил его отец великий князь Ярослав Всеволодович.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 159-160, табл. 2, рис. 380-382, табл. 48-49, рис. 380-382.)

Нам уже встречалось изображение на печатях всадника с копьем или мечом, святого или светского в короне. До нашего времени дошла группа печатей с изображением на одной стороне святого Даниила Столпника, а на другой - всадника с мечом, изображенного, как обычно, в двух вариантах, как святого и как светского воина. В определении принадлежности этих печатей мнения ученых разошлись. Н. П. Лихачев считал, что печать принадлежала московскому князю Даниилу Александровичу (1261-1303 гг.) - сыну Александра Невского. На печатях, следовательно, изображены св. Даниил, как патрон князя, И всадник, св. Александр, т. е. патрон отца князя Даниила Александровича*. Против такого определения печати возражает В. Л. Янин. Он видит во всаднике не св. Александра, а св. Георгия. Опираясь на обилие находок печатей с указанными изображениями в Новгороде, он считает, что печать должна быть связана с князем, княжившим в Новгороде: Даниил Александрович же в Новгороде никогда не княжил. В. Л. Янин полагает, что всадник - св. Георгий указывает на имя князя, а св. Даниил - на отчество. Печать с такими святыми могла принадлежать Юрию Данииловичу - сыну кн. Даниила Александровича и брату Ивана Калиты. Юрий Даниилович княжил в Новгороде в период с 1318 по 1322 г. К этому времени, видимо, и относятся рассматриваемые печати**.

*(Н. П. Лихачев. Материалы..., вып.. 1, стр. 95.)

** (В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 12-13.)

Печати с патрональным изображением принадлежали не только князьям, связанным с Новгородом. Так, на серебряной печати смоленского князя Владимира Рюриковича (1214- 1219 гг.) помещено изображение на одной стороне св. Димитрия Солунского в полный рост с копьем в правой руке, а на другой - св. Василия Кесарийского в полный рост. По краям обнаружены остатки надписи "агиос Дмитрий" и "агиос Василий"*. Христианское имя князя Владимира Рюриковича было Дмитрий, а отец его, князь Рюрик Ростиславович, имел христианское имя Василий**.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. I, стр. 209, табл. 19, рис. 209, табл. 62., рис. 209.)

**(Н. П. Лихачев. Материалы..., вып. 1, стр. 56-58.)

Печати с изображением святого и Иисуса Христа или его символов. На княжеских печатях этого типа изображен святой, имя которого носил книзь, а на другой стороне - Иисус Христос или крест.

От XIII в. до нашего времени такие печати дошли при подлинных документах, поэтому определение их принадлежности для XIII в. не вызывает сомнений. В XII в. среди печатей такого типа, видимо, могли быть не только княжеские печати, но и печати, принадлежавшие новгородским посадникам и представителям церковной власти. Бесспорным примером печати с изображением святого и Иисуса Христа является печать князя Дмитрия Александровича, княжившего в Новгороде с небольшим перерывом между 1276 и 1294 гг. На его печатях изображен св. Димитрий на коне с мечом в руке на одной стороне и Иисус Христос - на другой.

Рис 22.	Печать князя Дмитрия Александровича
Рис 22. Печать князя Дмитрия Александровича

Свинцовая печать псковского князя Довмонта, которой скреплена сделка между Якимом и Тешатой (XIII в.)*, является образцом печати с изображением святого, имя которого носил князь - владелец печати. На одной стороне этой печати изображен шестиконечный крест на подножии и надпись IC.XC, на другой - погрудное изображение св. Тимофея и надпись "Тимофеi". Князь Довмонт носил христианское имя Тимофей**.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 331, стр. 317.)

**(Н. П. Лихачев. Материалы..., вып. 1, стр. 32-34.)

Известен и второй экземпляр печати князя Довмонта. На ней также изображен св. Тимофей, но в рост*.

*(Н. П. Лихачев. Материалы..., вып. 1, стр. 34.)

Рис 23.	Печать князя Андрея Александровича
Рис 23. Печать князя Андрея Александровича

Печати с изображением святого, имя которого носил князь - владелец печатей, на одной стороне, и сокольника, т. е. всадника на коне с птицей на поднятой руке - на другой. Примером таких печатей являются печати князя Андрея Александровича. Одна из них скрепляет грамоту Новгорода советникам датского короля в Колывани о полномочиях новгородских послов 1302 г*. Печать свинцовая, на одной ее стороне изображен, по определению Н. П. Лихачева, св. Андрей, епископ Критский, на другой - сокольник на коне. Помимо различных типов печатей с изображением святого, имя которого носил князь - владелец печатей, встречаются печати и с другими изображениями. Следует отметить, что князю Андрею Александровичу принадлежал еще один тип печатей, на одной стороне которых изображен сокольник, а на другой - Иисус Христос. Одна из печатей такого типа сохранилась при договорной грамоте Новгорода с Любеком, Готским берегом и Ригой** о предоставлении немецким купцам сухопутных и водных путей. Сокольник является светским сюжетом и непатрональным. В. Л. Янин считает, что это один из случаев изображения всадника, символизирующего самого князя***.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 35, стр. 64.)

** (Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 34, стр. 63.)

***(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 22.)

Рис 24. Печать великого князя Ивана Калиты
Рис 24. Печать великого князя Ивана Калиты

Рис 25. Монгольская печать, привешенная к духовной Ивана Калиты
Рис 25. Монгольская печать, привешенная к духовной Ивана Калиты

На печати смоленского князя Федора Ростиславича (конец XIII в.) изображен лев, а на другой стороне помещена надпись: "Великого князя Федора печать"*. Надписи с именем князя - владельца печати для XIII в. являются редким исключением. Этот тип печати обычно встречается в XIV в.

*(Н. П. Лихачев. Материалы..., вып. 1, стр. 20-24, 50.)

С XIV в. тип княжеских печатей меняется. Исчезает анонимность. Изображение пока остается прежним. На одной стороне печати, иногда на обеих, изображается святой, имя которого носил князь, на другой стороне - Иисус Христос, а то и вовсе нет никакого изображения.

Характерной особенностью этого типа печатей является наличие надписи, которая указывает на принадлежность печати тому или иному князю. Иногда эта надпись занимает всю оборотную сторону печати. Надпись содержит титул и имя князя.

В качестве примера одного из древнейших видов такой печати можно назвать серебряную позолоченную восьмигранную печать, привешенную к духовной грамоте великого князя московского Ивана Даниловича Калиты (1339 г.). На лицевой стороне печати изображен Иисус Христос в рост с благословляющей правой рукой и евангелием в левой. С одной стороны изображения помещено слово "печать", а на другой - слово "великого". На оборотной стороне печати - изображение Иоанна Предтечи с поднятой благословляющей правой рукой и свитком в левой и надпись "князя Ивана", т. е надпись на оборот-нон стороне является продолжением надписи лицевой стороны. К духовной Калиты привешена, кроме того, монгольская печать. Известна также свинцовая печать, оттиснутая той же парой матриц. Эта печать обнаружена в Новгороде.

Если обратиться к печатям преемников Калиты - великих московских князей, то легко установить, что в течение почти всего XIV в. у московских князей был один и тот же тип печати - на лицевой стороне изображался святой, имя которого носил князь, на обороте надпись, указывающая на принадлежность печати определенному князю.

Рис 26. Печать великого князя Василия Дмитриевича 1390 г.
Рис 26. Печать великого князя Василия Дмитриевича 1390 г.

Изображение святого встречается на печатях преемника Ивана Калиты - великого князя Симеона Ивановича Гордого. На печати, привешенной к духовной грамоте Симеона Гордого, составленной Б 1353 г., на лицевой стороне изображен святой и надпись: "Семен... ст...", т. е. "Семен святый". На оборотной стороне печати надпись: "Печать князя великого Семенова всея Руси"*.

*(А. В. Орешников. Материалы к русской сфрагистике. Труды Московского нумизматического общества, т. III, вып. 1. М., 1903, табл. I, рис. 3.)

Рис 27. Печать великого князя Василия Дмитриевича
Рис 27. Печать великого князя Василия Дмитриевича

К такому же типу относятся два варианта печатей Дмитрия Ивановича Донского, на лицевой стороне которых обычно изображался мученик Дмитрий Солунский, на оборотной стороне надпись: "[Печать] князя великого Дмитрия Ивановича всея Руси" или "Печать князя Великого Дмитрия"*.

*(А. В. Орешников. Материалы к русской сфрагистике. Труды Московского нумизматического общества, т. III, вып. 1. М., 1903, табл. I, рис. 6, 7.)

Рис 28. Печать великого князя Василия Васильевича 1428 г.
Рис 28. Печать великого князя Василия Васильевича 1428 г.

Последним князем, который имел печать такого типа, был сын Дмитрия Донского, великий князь московский Василий Дмитриевич (1389-1425). На лицевой стороне серебряной печати, привешенной к его духовной грамоте, составленной в 1406-1407 гг., изображен Василий Великий, архиепископ Кесарийский, и дана надпись: "Васил... Кса...", т. е. "Василий Кесарийский". На другой стороне печати помещена надпись: "Печать князя великого Василиева Дмитриева всея Руси"*. Таким образом, на печатях великих князей московских Ивана Калиты, Семена Ивановича и Ивана Ивановича основным является патрональное изображение владельца печати. Но на печатях Василия Дмитриевича изображался не только святой. Так, на двух восковых печатях, привешенных к договорным грамотам князя Василия Дмитриевича с его дядей Владимиром Андреевичем, князем серпуховским и боровским (1390 г. и 1401-1402 гг.), изображен светский (без нимба) всадник, вооруженный копьем**, а на восковых печатях, привешенных к двум духовным князя Василия Дмитриевича (ок. 1417 г. и 1423 г.), имеется изображение светского всадника, замахнувшегося мечом***.

*(Духовные и договорные грамоты.... № 20, стр. 55-56. Описание печатей, стр. 568.)

**(Духовные и договорные грамоты.... № 13, 16, стр. 37-39; 43-45. Описание печатей, стр. 568.)

***(Духовные и договорные грамоты.... № 21, 22, стр. 57-62. Описание печатей, стр. 568. См. также: А. Б. Лакиер. Русская геральдика. Табл. V, № 4, табл. IV, № 10.)

На печатях сына Василия Дмитриевича - великого князя Василия Васильевича Темного (1425-1462)-дается изображение скачущего всадника, вооруженного копьем. Такой печатью скреплено докончание - договорная грамота великого князя Василия Васильевича с князем галицким и звенигородским Юрием Дмитриевичем (1428 г.)*. На печати с одной стороны изображен всадник на коне с копьем, а на другой помещено изображение двух сидящих на камне людей и надпись: "Князя великого Василья Васильевича".

*(Духовные и договорные грамоты..., № 24, стр. 63-67. Описание печатей, стр. 569.)

На печатях Василия Дмитриевича и Василия Васильевича появляется новая эмблема - светский всадник или ездец. Аналогичные изображения помещаются на монетах этих князей.

Великие и удельные князья периода феодальной раздробленности часто использовали в качестве печатей так называемые античные геммы.

Гемма - твердый полированный камень с вырезанной на нем надписью или художественным изображением. Иногда эти изображения были углубленные, т. е. вырезанные. Такие геммы назывались интальями. Геммы с выпуклым изображением назывались камеями. Они были распространены в Греции и Риме, а на Русь попадали из Византии. Античные геммы, вывезенные из Византии, просты по содержанию. На них изображались человеческие головы, звери, птицы, языческие боги. С XI в. геммы начали привозить из Западной Европы. Западноевропейские геммы имели сложные изображения, скомпонованные из людей, лошадей и т. д. Гемма вставлялась в металлический ободок, на котором делалась надпись, указывающая на принадлежность печати.

Так, на печати-гемме верейского князя Михаила Андреевича изображена женщина, явно античного происхождения, в длинном платье, с мечом в руке. Вокруг изображения надпись: "Печать князя Михаила Ондреевича". Такими печатями скреплены докончания великих князей Василия Васильевича и Ивана Васильевича с верейским и белозерским князем Михаилом Андреевичем*. Эмблема, заимствованная с запада, дана на печати волоцкого князя Федора Борисовича: у крепостной стены стоят два воина в панцирях и шлемах; руками они поддерживают бревно, на котором с одной стороны сидит птица, с другой - видна фигура человека; вокруг изображения надпись, указывающая на титул и имя владельца печати. Этой печатью скреплена жалованная меновая грамота великого князя Ивана Васильевича князьям волоцким Федору и Ивану Борисовичам**.

*(Духовные и договорные грамоты..., № 41, стр. 121 -123, № 42, стр. 123-125, № 44, стр. 126-129, № 646, стр. 209-212; № 65, стр. 212-214; № 67, стр. 217, 221, № 75, стр. 277-283.)

**(Духовные и договорные грамоты... № 85, стр. 341- 344. Печать описана на стр. 505.)

Документы 30 - начала 40-х годов XV в. скреплены печатями-геммами великого князя Василия Васильевича с изображением женской головы с зубчатым венком и надписью: "Печать великого князя Василия Васильевича"*. На документах 40-х годов стоит печать с изображением женской фигуры, натягивающей лук. Надпись на этой печати отсутствует**. Документы конца 40-х и 50-х годов скреплены печатью с изображением четырех лошадей, бегущих попарно в разные стороны, и человека с головой в руках, держащего ветку и как бы правящего лошадьми. Вокруг изображения помещена надпись: "Печать великого князя Василия Васильевича". И, наконец, духовная великого князя Василия Васильевича 1461-1462 гг. - основной ее текст и приписанная к духовной грамота скреплены двумя одинаковыми печатями с изображением на одной стороне льва, пожирающего змия, и надписи: "Печать великого князя Василия Васильевича", на другой стороне этих печатей повторяется изображение четырех лошадей, встречающееся на документах конца 40-х и 50-х годов XV в***.

*(Духовные и договорные грамоты... № 35/1, 35/И, стр. 89-100, 38/1, 38/И, стр. 107-117, № 41, стр. 121-122. Описание печатей, стр. 570.)

**(Духовные и договорные грамоты... № 52, стр. 155-160, № 55а, стр. 164-166, № 58, стр. 176-179, № 59, стр. 186-192.)

***(Духовные и договорные грамоты... № 61 а и б, стр. 193-199.)

На печатях помещались религиозные изречения и девизы. Печать такого типа принадлежала Дмитрию Ивановичу Донскому. На одной стороне ее вырезана надпись, свидетельствующая о принадлежности печати: "Печать великого князя Дмитрия Ивановича", на другой - изображена человеческая голова в короне и надпись вокруг изображения, приписываемая библейскому пророку - царю Давиду: "Все ся минет". Очевидно, на этой печати Дмитрия Донского было помещено изображение царя Давида и его изречение.

Печати удельных князей XIV-XV вв. имеют разнообразные изображения, но общей их чертой является наличие надписи, указывающей на титул, имя и отчество князя. Как и великие князья московские, удельные князья часто использовали в качестве печати гемму, вставленную в ободок с надписью. Печати обычно были односторонние и не отличались наследственным характером эмблем, но некоторые удельные князья использовали те же эмблемы, что и великие князья московские. Например, на печатях тверских князей Бориса Александровича и Михаила Борисовича изображен всадник на коне, вооруженный мечом. Черновосковой печатью с таким изображением скреплено докончание великого князя московского Василия Васильевича с великим князем тверским Борисом Александровичем, датируемое около 1456 г*. Аналогичное изображение встречается на более ранних печатях Василия Дмитриевича.

*(Духовные и договорные грамоты..., № 59, стр. 186-189.)

Рис 29. Печать великого князя Дмитрия Ивановича Донского
Рис 29. Печать великого князя Дмитрия Ивановича Донского

Изображение всадника на коне с мечом встречается на печати серпуховского и воровского князя Василия Ярославича под докончанием великого князя Василия Васильевича с князем Василием Ярославичем (1451 -1456 гг.)*.

*(Духовные и договорные грамоты... № 58, стр. 179-186. Описание печати, стр. 572.)

Вооруженный всадник на коне с копьем изображался на печатях можайского князя Ивана Андреевича. Такими печатями скреплены три докончания великого князя Василия Васильевича с можайским князем Иваном Андреевичем (1445- 1448 гг.)*.

*(Духовные и договорные грамоты... № 41, стр. 121-123, № 48, стр. 146-148, № 51 в.)

Следует отметить, что со времени Василия Дмитриевича изображение светского всадника приобретает наследственный характер на печатях московских князей и может быть принято как геральдическое изображение, хотя официально о гербе в Русском государстве заговорили лишь в XVII в.

Истоки изображения на печатях всадника ведут в глубокую древность. Впервые светский всадник в короне, как мы видели, изображается в середине XIII в. на печатях князя Александра Невского, а в начале XIV в. - на печатях князя Юрия Даниловича, а конный сокольник - на печатях князя Андрея Александровича в конце XIII - начале XIV в. Эти изображения заменили на печатях патронального святого и должны были означать самого князя - защитника Родины.

Государственные печати Новгородской феодальной республики. Общегосударственные печати Новгородской феодальной республики имели на одной стороне надписи: "Печать всего Новгорода", "Новгородская печать и посаднича", "Новгородская печать", "Печать Великого Новгорода". На оборотной стороне этих печатей обычно помещалось одно из пяти эмблематических изображений: Иисус Христос, воин, всадник, "зверь", птица (орел). Рассматриваемые печати придавали документам силу государственного решения. Правом их пользования обладали посадники и тысяцкий. Поэтому иногда документ сопровождался двумя одинаковыми печатями. Печати не наследовались. При выборе нового степенного посадника сменялась и печать. В настоящее время известно свыше 80 таких печатей. Изучение характера изображений на них показывает, что для получения оттисков употреблено не менее 50 различных матриц*. Часть государственных печатей Новгородской феодальной республики сохранилась с грамотами, часть найдена археологами при раскопках.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II.)

Рис 30.	Государственная печать Новгородской феодальной республики XIII в.
Рис 30. Государственная печать Новгородской феодальной республики XIII в.

Наиболее древняя известная нам печать Новгородской феодальной республики относится к XIII в. Она привешена к договору 1262 г. о мире и торговле между Новгородом, с одной стороны, и Готским берегом, Любеком и немецкими городами, с другой. Печать оттиснута дважды - одна на золоте, другая - на свинце. На одной стороне печати изображен Иисус Христос с благословляющей рукой и буквами по сторонам: 1С и ХС, на другой стороне - надпись: "Печать всего Новагорода"*. Других экземпляров печати не обнаружено, хотя она и сходна с одним из типов княжеских печатей. По мнению Н. Г. Порфиридова, подражание княжескому типу печатей подчеркивает усвоение новгородским государством суверенных прав**.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова. М.- Л., 1949,№ 29, стр. 56.)

*(Н. Г. Порфиридо в. Древний Новгород. М.-Л., 1947, стр. 43.)

Рис 31.	Государственная печать Новгородской феодальной республики конца XIV в.
Рис 31. Государственная печать Новгородской феодальной республики конца XIV в.

К концу XIV в. относится печать без изображений, с одной надписью. На лицевой ее стороне помещена надпись: "Новгорочкая печать", на оборотной стороне продолжение надписи: "и посаднича". Печать известна в двух экземплярах при договорных грамотах Новгорода с великим князем тверским Михаилом Александровичем (1371 г. и 1372 г.)*.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 15, стр. 28,№ 17, стр. 32.)

Рис 32.	Государственная печать Новгородской феодальной республики начала XV в. с изображением воина
Рис 32. Государственная печать Новгородской феодальной республики начала XV в. с изображением воина

К началу XV в. относятся печати с надписью "Новгорочкая печать" с изображением Иисуса Христа или воина. Так, печать с надписью "Новгорочкая печать" и изображением Иисуса Христа сохранилась при грамоте Новгорода Колывани (1410 г.)*. К началу XV в. относится печать с такой же надписью и изображением светского воина. Таких печатей известно несколько экземпляров. Одна из них сохранилась при грамоте Новгорода Риге с требованием суда над Иньцей Зашембакой и его братом Артемием за неуплату 50 руб. (1418- 1421 гг.). Печать оттиснута на черном воске, на ней изображен воин с копьем и щитом - на одной стороне и надпись "Печать Новгорочкая" - на другой**.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 56, стр. 94.)

**(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 58, стр. 96: В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 129, 211.)

Рис 33.	Государственная печать Новгородской феодальной республики начала XV в. с изображением всадника
Рис 33. Государственная печать Новгородской феодальной республики начала XV в. с изображением всадника

К началу XV в. относятся печати с изображением всадника. Печать с надписью: "Печать Новгорочкая" с одной стороны и изображением светского всадника влево от зрителя была обнаружена археологами в слое начала XV в*.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 128, 222.)

Рис 34.	Государственная печать Новгородской феодальной республики XV в
Рис 34. Государственная печать Новгородской феодальной республики XV в

На протяжении всего XV в. употребляются печати с надписью "Печать Великого Новгорода". Как на печатях с надписью "Печать Новгорочкая", так и на печатях с надписью "Печать Великого Новгорода" часто встречается изображение фантастического зверя, который разными исследователями принимается за тигра, пантеру, барса, грифона. По мнению А. Б. Лакиера, это животное напоминает тигра, пантеру, или, может быть, какое-то мифическое животное*. В последнем по времени издании новгородских грамот изображенный на печатях зверь назван барсом**. Барсом называл это изображение и Н. П. Лихачев. По его мнению, барс - "эмблема очень типичная" и являлась "почти что гербом Новгорода"*** А. А. Шахматов принимал изображение на новгородских печатях за льва****. Исследователь новгородских государственных печатей Н. Г. Порфиридов принимает животное за фантастическое чудовище - грифона*****, т. е. крылатого льва с орлиной головой. Многообразие толкований эмблемы "зверя" объясняется различием в его изображениях. Резчики матриц печати не придерживались каких-либо геральдических правил и каждый раз по-своему воплощали образ "зверя".

*(А. Б. Лакиер. Русская геральдика, стр. 154.)

**(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 20, 53, 58,69, 72.)

***(Архив Академии наук. ф. 246, оп. 1, № 123, л. 88.)

****(А. А. Шахматов. Исследование о языке новгородских грамот XIII-XIV веков. СПб., 1886, стр. 272.)

*****(Н. Г. Порфиридов. Очерки памятников новгородской сфрагистики. Новгородский исторический сборник, вып. 8. Новгород, 1940, стр. 28-29.)

Рис 35.	Государственная печать Новгородской феодальной республики XV в. с изображением льва
Рис 35. Государственная печать Новгородской феодальной республики XV в. с изображением льва

На некоторых печатях этого типа, относящихся к первой четверти XV в., дается пояснительная надпись: "А се лют зверь". В настоящее время известны три печати с такой надписью. Две из них сохранились при документах, относящихся к началу XV в*., одна обнаружена при раскопках.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 53, 58.)

Рис 36.	Государственная печать Новгородской феодальной республики XV в.
Рис 36. Государственная печать Новгородской феодальной республики XV в.

Рис 37.	Государственная печать Новгородской феодальной республики второй половины XV в.
Рис 37. Государственная печать Новгородской феодальной республики второй половины XV в.

Убедительные данные, раскрывающие значение надписи, собраны и проанализированы И. Э. Клейненбергом. На основании показаний источников он приходит к выводу, что "лютым зверем" в новгородском говоре XV в. называли льва, поэтому изображение на новгородских государственных печатях следует рассматривать как изображение льва*.

*(И. Э. Клейненберг. "Лютый зверь" на печатях Великого Новгорода XV в. Сб. "Вспомогательные исторические дисциплины", т. II. Л., 1969, стр. 190.)

К XV в. относятся государственные печати Новгородской феодальной республики с надписью "Печать Великого Новгорода" и изображениями сидящей птицы с раскрытым клювом. На некоторых печатях над птицей дана поясняющая надпись: "Орел". Печати этого типа не сохранились под грамотами. Они были обнаружены в земле*.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 224-225.)

Рис 38. Печать Людина конца XV в.
Рис 38. Печать Людина конца XV в.

И, наконец, к началу второй половины XV в. относится государственная печать, состоящая из одних надписей. На одной стороне ее помещена надпись "Печать Великого Новгорода", на другой - "Печать Труфана Юрьевича*. Печать сохранилась при жалованной грамоте Великого Новгорода Соловецкому монастырю 1459-1469 гг. Из текста грамоты выясняется, что Труфан Юрьевич был тысяцким Великого Новгорода.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 132-133, 228, табл. 47, рис. 757, табл. 102, рис. 757.)

Рис  39. Печать Неревского конца XV в.
Рис 39. Печать Неревского конца XV в.

Наряду с общегосударственной печатью Новгорода в третьей четверти XV в. существовали печати концов города, т. е. основных частей, на которые делился Новгород*. Новгород стоит на обоих берегах Волхова. Та часть, которая была на левом (западном) берегу, называлась Софийской стороной. Правый (восточный) берег Волхова носил название Торговой стороны. Каждая из сторон Новгорода делилась на концы. На Софийской стороне было три конца: Людин, или Гончарный конец, занимающий южную часть стороны, Загородский конец, находившийся в западной части этой стороны, и Неревский конец, расположенный в северной части Софийской стороны. На Торговой стороне было два конца: Славенский, занимавший южную часть, и Плотницкий, или Антоновский, находившийся в северной части стороны.

*(Н. Г. Порфиридов. Печати городских концов Великого Новгорода. "Вспомогательные исторические дисциплины", т, IV. Л., 1972, стр. 149.)

Рис 40. Печать Плотницкого конца XV в.
Рис 40. Печать Плотницкого конца XV в.

Сохранились две совпадающие полные и одна неполная серия кончанских печатей при грамотах и две печати найдены в земле. Полные серии дошли при жалованной грамоте 1448-1454 гг. Новгорода Троице-Сергиеву монастырю на беспошлинный провоз товаров по Двине* и жалованной грамоте 1459-1469 гг. Новгорода Соловецкому монастырю на Соловецкий и другие острова**. Каждую жалованную грамоту сопровождают восемь печатей: архиепископа, посадника, тысяцкого и печати пяти концов. Кончанские печати имеют сходные надписи и изображения, но сделаны с разных матриц. Рассмотрение их позволяет установить особенности печатей каждого из пяти концов Новгорода.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 95, стр. 150- 151: печати изданы А. Б. Лакиером. Русская геральдика, табл. XIII, № 4-8.)

** (Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 95, стр. 151-153.)

Печать Людина, или Гончарного конца, на одной стороне имела надпись: "Печать Людина конца", на другой - изображение светского воина в короткой броне со щитом в одной руке и с копьем в другой*.

*(См.: В. Л. Янин. Актовые печати, т, II, табл. 41, рис. 758-764, табл. 103-104, рис. 758-764.)

На одной стороне печати Загородского конца стояла надпись: "Святого Николы в Загородьском конце", на другой - изображение святого Николая с надписью: "Агиос Николо", т. е. "Святой Николай". В этом конце на Люгощей улице находился Никольский монастырь.

Печать Неревского конца на одной стороне имела надпись: "Печать святого Николы" или "Печать святого Николая великого конца Нереского", на другой - изображение святого Николая в полный рост. Никольский монастырь в Неревском конце был богатейшим монастырем Новгорода.

На печати Славенского конца на одной стороне изображен восьмиконечный крест на подножии и надпись вокруг: "Печать Славеньского конца", на другой - святой с надписью: "Павел исповедник". На территории Славенского конца находился монастырь Павла Исповедника.

Печать Плотницкого конца имела на одной стороне изображение процветшего шестиконечного или восьмиконечного креста на подножки и надпись: "Печать Онтоновская", на другой стороне - богоматерь без младенца с надписью "Мр. Фу.". Название Антоновский конец встречается в летописи под XVI в. Печать позволяет сделать вывод, что уже в XV в. Плотницкий конец называли и Антоновским концом. Изображение богоматери на печати Плотницкого конца объясняется тем, что Антониев монастырь, называемый по имени его основателя, был посвящен рождеству Богородицы.

Таким образом, на большинстве печатей изображены святые, которым посвящены монастыри. По предположению A. В. Арциховского, кончанская администрация Новгорода находилась в связи с определенными монастырями и поэтому на печатях концов города изображались патрональные святые*. Этого же мнения придерживается Н. Г. Порфиридов**. B. Л. Янин, отмечая "весьма существенный процесс сращивания мирской администрации Новгорода с администрацией кончанских монастырей", считает, что кончанские печати находились в XV в. еще в процессе сложения. Только на двух печатях имеется прямое указание: "Печать Людина конца" и "Печать Славеньского конца". Печати этих концов можно считать оформившимися. В остальных же районах города использовались печати монастырей***.

*(А. В. Арциховский. Городские концы в Древней Руси. "Исторические записки", № 16, 1945, стр. 7-8.)

**(Н. Г. Порфиридов. Печать городских концов Великого Новгорода. "Вспомогательные исторические дисциплины", т. IV. Л., 1972, стр. 150.)

***(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 136, 138.)

Государственные печати Псковской феодальной республики. Изучение псковских печатей затрудняется почти полным отсутствием подлинных актов, скрепленных печатями, поэтому в литературе о псковских печатях много противоречивых выводов. Псковская земля после распада единого Древнерусского государства вошла в состав Новгородской феодальной республики. Со временем значение Псковской земли усиливается, и с середины XIII в. она становится фактически самостоятельной. Юридическое обособление Псковской феодальной республики оформил Болотовский договор 1348 г.

Государственной печатью Псковской феодальной республики до 1425 г. являлась печать владычного наместника. Тип печатей псковских владычных наместников до середины XIV в., когда псковская церковь получила значительную самостоятельность от Новгорода, не отличался от печатей владычных наместников других территорий Новгородской земли. На одной стороне печатей помещалось изображение Богоматери, а на другой - изображение креста. Такой печатью скреплена грамота Пскова Риге с требованием выдачи должника Нездильца поручившемуся за него псковичу Ивану Голове*.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 332 стр. 317-318; В. Л. Янин. Вислые печати Пскова. "Советская археология", 1960, № 3, табл. 6, рис. 50.)

В середине XIV в. владычный наместник стал назначаться из псковичей. Он превратился из представителя новгородского архиепископа в Пскове в представителя Пскова перед новгородским архиепископом. Изменение положения владычного наместника повлекло к изменению его печати. На печати стала помещаться патрональная эмблема Пскова, главная псковская святыня - изображение ветхозаветной Троицы. На печатях такого типа на одной стороне имеется надпись "Печать архиепископа новгородского", на другой - изображение Троицы*. Композиция Троицы состоит из трех сидящих за трапезой ангелов.

*(В. Л. Янин. Вислые печати Пскова, стр. 255.)

С 1425 г. до начала XVI в. в Пскове сосуществовали две группы государственных печатей. Печать светского управления - князя и посадника и печать владычного наместника.

В одной из статей Псковской судной грамоты - памятнике права Русского государства периода феодальной раздробленности - говорится: "А не запечатает князь, ино у святой Троицы запечатать, в том измены нет",

В Пскове имелся своеобразный архив - "Ларь св. Троицы", находившийся при Псковском Троицком соборе. Здесь хранились важнейшие документы и государственная печать. "Ларник св. Троицы" был не только хранителем архива, но и пользовался правом скрепления актов.

Две наиболее многочисленные группы псковских государственных печатей, видимо, соответствуют указанию Псковской судной грамоты. Первая группа - печати, которыми скрепляли княжеские акты. Вторая группа - печати владычных наместников, матрицы которых хранились в Троицком соборе.

К первой группе следует отнести печати с изображением человеческой головы в короне. Существует мнение, что на псковских печатях изображена голова псковского князя Довмонта (XIII в.). А. С. Мельникова считает, что изображение Довмонта не является чисто княжеской эмблемой. Довмонт - местный святой, покровитель города, и его изображение могло быть городской эмблемой*.

*(А. С. Мельникова. Псковские монеты XV в. "Нумизматика и эпикрафика", т. IV. М., 1963, стр. 228-229.)

Псковские печати с изображением человеческой головы очень своеобразны. Помимо рисунка, они имели надпись летописного характера и дату, которая определяет время печати и помогает проверить и уточнить летописную датировку событий. По мнению, высказанному еще Н. П. Лихачевым, "псковские печати датируются двумя основными событиями 1425 г. (6933 г.) и 1469 г. (6977 г.), касающимися укрепления города".

На псковских печатях с датой 1425 г. помимо изображения человеческой головы в короне приводится надпись: "В лето 6933 (круг) солнца 17, луны 17, индикта 3". На другой стороне печатей помещена надпись: "Печать Псковская тогда и перси (т. е. кремлевские стены. - авт.) совершиша камены"*. Таким образом, эта печать имеет точную дату и надпись летописного характера об укреплении города.

* (Н. П. Лихачев. Материалы к альбому печатей. Архив ИА, ф. 35, оп. 2, № 444. Описание, табл. XXVIII; № 3-8; см. также: Н. П. Лихачев. Печати Пскова. "Советская археология", 1960, № 3, стр. 225-236.)

О строительстве каменных стен вокруг Псковского кремля неоднократно сообщают псковские летописи. На этот факт указывает Псковская 2-я летопись под 1419 годом: "Того же лета поставиша костер (т. е. стрельницу, башню. - авт.) на Крому..."* и Псковская 1-я и 3-я летописи: "Псковичи поставиша костер на Крому с Пскове, совершен бысть месяца сентября в 1 день, на память преподобного отца Симеона"*. "Поставиша костер на Кромоу от Пскове, и свершивше в Семен день"*, т. е. 1 сентября. О завершении строительства каменных стен свидетельствует Псковская 1-я и 2-я летописи под 1424 г. (6932 г.): "Свершены быша перси оу Крома месяца июля в 7 день"4, "Того же лета кончена бысть стена камена перси кромскыа"...5, Итак, в июле 1424 г. было завершено строительство кремлевских стен. Печать же с надписью об этом событии могла быть изготовлена несколькими месяцами позже уже в 1425 г. (6933 г.).

*(Псковские летописи, вып. 2. М., 1955, стр. 37.)

** (Псковские летописи, вып. 1. М., 1941, стр. 34.)

***(Псковские летописи, вып. 2, стр. 120.)

****(Псковские летописи, вып. 1, стр. 35. 6 Т ам же, вып. 2, стр. 39.)

Печати второго типа имеют на одной стороне надпись: "Печать Псковская, водьчины великого князя Ивана Васильевича". На другой стороне - погрудное изображение человека с мечом в руке. На этой же стороне есть надпись, чтение которой восстанавливает Н. П, Лихачев: "В лето 6977 доспеты быша клещи си"*.

*(Н. П. Лихачев. Печати Пскова. "Советская археология", 1960, № 3, стр. 228-229; Материалы к альбому печатей. Архив ИА, ф. 35, оп. 2, № 444. Описание табл. XIII, № 11.)

В псковских летописях под 1469 г. записано об укреплении города. Во 2-й Псковской летописи по Синодальному списку говорится: "Зделаша новый ворота Запсковскии"*. В 3-й Псковской летописи по Строевскому списку об этом же рассказано более подробно: "Того же лета заложивши сделаша велика врата каменаа и костер наверхоу большие, свыше старых, конец мостоу Запсковъского"**. Итак, летописи свидетельствуют о строительстве ворот в Пскове в 1469 г. Печать указывает на строительство "клещей". В письменных источниках слово "клещи" в смысле "ворота" не встречается. Истолкование слова "клещи" дает В. Даль. Клещи - это "укрепление перед куртиною в главном рве, между флангами".

*(Псковские летописи, вып. 8. М., 1955, стр. 54.)

**(Псковские летописи, вып. 2. М., 1955, 167.)

Сопоставляя все данные, Н. П. Лихачев делает вывод, что клещи, на которые указывает печать, являются предмостным укреплением*. Таким образом, и на печати второго типа псковичи зафиксировали факт укрепления города.

*(Н. П. Лихачев. Печати Пскова. "Советская археология", 1960, № 3, стр. 228.)

Вторая группа печатей - печати владычных наместников или так называемые "Троицкие" печати. На этих печатях помещалось изображение Троицы и надпись, указывающая на имя архиепископа. Например, на печати, найденной в Довмонтовом городе в Пскове в 1960 г., на одной стороне помещено изображение Троицы. Над нимбом среднего ангела - изображение дуба мамврийского. Справа от дуба надпись - "Трцъ". На другой стороне печати надпись "Иона, преосвященный архиепископ и владыка Великого Новгорода и Пскова"*. Архиепископство Ионы относится к 1458-1470 гг.

* (В. Белецкий. Печати из раскопок 1960 г. в Довмонтовом городе в Пскове. "Сообщения Государственного Эрмитажа", вып. XXIII, 1962, стр. 2э, рис. 2.)

Кроме описанных нами, известны две матрицы псковской печати с изображением зверя, похожего на барса, и надписью: "Печать господарьства Псковского"*. Изображение барса является древнейшей псковской эмблемой, помещавшейся и на псковских монетах. По мнению Н. П. Лихачева, "правильнее всего обе матрицы отнести глухо к XVI столетию. Печати имели проушины и, видимо, носились псковскими посадниками на шее, служили знаками достоинства и отобраны великим князем Василием Ивановичем при покорении Пскова в 1510 г."**.

*(Две печати с изображением барса были опубликованы еще в 1819 г. в предисловии к т. II Собрания государственных грамот и договоров, А. Б. Лакиер. Русская геральдика, стр. 157-158, табл. XIV, рис. 2.)

**(Н. А. Лихачев. Материалы к альбому печатей. Архив ИА, ф. 35, оп. 2, № 444. Описание табл. XIII, № 13 и 14.История псковских государственных печатей кончается в начале XVI в., т. е. ко времени окончательного уничтожения самостоятельности Пскова.)

Рис 41. Печать 'Господарства Псковского'
Рис 41. Печать 'Господарства Псковского'

Псковские пригороды тоже имели свои печати. В настоящее время известны печати Острова, Красного Торга и Изборска*. На печатях псковских пригородов обычно помещена надпись, указывающая на их принадлежность и год издания. Так, на печати Острова на лицевой стороне имеется надпись: "Печать Островская, а писана". На оборотной стороне печати продолжение надписи, которую В. Л. Янин читает: Печать ся в летом 6955. Аминь", т. е. вся надпись составляет фразу: "Печать Островская, а писана печать ся в лето 6955. Аминь". Печать датируется 1447 г.

*(В. Л. Янин. Вислые печати Пскова. "Советская археология", 1960, № 3, стр. 257-259.)

Печати должностных лиц. Известны печати должностных лиц периода феодальной раздробленности: это печати высшего и низшего московского духовенства, печати новгородских архиепископов и других должностных лиц Новгородского государства.

Печати московского духовенства. Русские митрополиты и епископы взяли для своих печатей изображение, широко распространенное на печатях византийского высшего духовенства. Это изображение Богоматери с младенцем. Обычно на одной стороне двусторонних печатей изображалась Богоматерь с младенцем, на другой - благословляющая рука и вокруг нее надпись, указывающая на принадлежность печати определенному духовному лицу. Такое изображение дано на печати митрополита Алексея, привешенной к духовной грамоте Дмитрия Донского (1378 г.). На лицевой стороне изображена Богоматерь в рост, с поднятыми руками и младенцем на груди. На обороте надпись: "...божьею печать Алексея митрополита всея Руси". Начальное слово "милостию" не отпечаталось*.

*(А. В. Орешников. Материалы к русской сфрагистике, табл. I, рис, 7.)

Рис 42. Печать митрополита Феодосия XV в.
Рис 42. Печать митрополита Феодосия XV в.

Несколько иное изображение Богоматери сохранилось на печати митрополита Феодосия, привешенной к духовной грамоте великого князя московского Василия Темного (1461-1462 гг.). Богоматерь изображена сидящей на престоле с младенцем на коленях. Против головы матери и младенца имеются буквы "МР.ФУ." и "ИС.ХР.". Эти буквы перешли на русские печати с византийских. Надпись в целом означает: матерь бога, богородица. ИС.ХР. - сокращенное обозначение имени Иисуса Христа. На обороте надпись: "Милостью божьею смиреный Феодосии, митрополит всея Руси".

На печатях низшего духовенства - белого и черного и монастырских должностных лиц иногда изображалась благословляющая рука с соответствующей надписью, иногда давалась только надпись; в качестве печатей духовенство использовало и античные геммы.

Как пример древнейших печатей, принадлежащих низшему духовенству, можно указать две, приложенные к разъезжей, т. е. межевой грамоте 1395 г. Эта грамота утверждала раздел земли в Белозерском уезде между Кирилло-Белозерским монастырем и Никольским попом Фаддеем. При грамоте две печати. Для обеих использованы античные геммы. На одной печати изображено животное с туловищем льва и головой, напоминающей оленью. Вокруг надпись: "Печать попова Фадеева", т. е. печать попа Фаддея. На другой печати изображена птица с распущенными крыльями, похожая на орла. Вокруг надпись: "Печать Федора старча", т. е. печать старца Федора. Из текста грамоты легко установить, что эта печать принадлежала келарю Кирилло-Белозерского монастыря старцу Федору*.

*(П. И. Иванов. Сборник снимков с древнейших русских печатей, приложенных к грамотам и другим документам, хранящимся в Московском архиве Министерства юстиции. М., 1858, табл. I, № 4-5.)

Печать старца Рождественского монастыря Дионисия Ханыкова, приложенная к его данной 1492 г. Рождественскому монастырю на село Багриново Владимирского уезда, имеет только надпись без всякого изображения. Край печати осыпался, но надпись, занимающую центр печати, легко прочесть: "Печать старца Деонис...".

Известен еще один вид печатей низшего духовенства - это три печати XV в., принадлежавшие властям Троице-Сергиева монастыря - игумену Авраамию, старцу Логину и келарю Савве. Печати приложены к духовному завещанию Марии Копни-ной, жены Василия Борисовича Копнина. По этой духовной Мария Копнина отдала в Троице-Сергиев монастырь село Карамзинское Переяславского уезда. На печати игумена Авраамия - античная гемма, изображающая человека в рост; около человека сидит птица; у птицы над головой сердце, пронзенное копьем, вокруг изображения надпись: "Печать игумена Авраамия", От печати старца Логина сохранился обломок, позволяющий судить о том, что на печати была надпись; можно прочесть только начальные буквы "пе" и часть слова "стар". На печати келаря Саввы сохранилась надпись: "Печать Сергиева монастыря келарска"*.

*(П. И. Иванов. Сборник снимков с древнейших русских печатей, приложенных к грамотам и другим документам, хранящимся в Московском архиве Министерства юстиции, табл. II, № 32-34.)

Таким образом, печати низшего духовенства не имеют строго определенного изображения, как печати высшего духовенства. Изображение выбиралось случайно или его вовсе не было.

Печатей светских должностных лиц великого княжества Московского периода феодальной раздробленности не сохранилось.

Печати должностных лиц Новгородской феодальной республики. В XIII в. князь на время своих отлучек из Новгорода оставлял вместо себя княжеского наместника. В XIV в. наместники "превращаются в олицетворение княжеской власти". Личных печатей княжеские наместники не имели. Документы, подлежащие их юрисдикции, они скрепляли княжеской печатью*. Так, например, рассмотренная в разделе княжеских печатей печать Дмитрия Ивановича Донского с изображением царя Давида и надписью "Все ся минет", по всей вероятности, принадлежала княжескому наместнику в Новгороде, так как из четырех известных экземпляров этой печати три найдено в Новгороде, а одна - в пределах Новгородской земли.

*(См.: В, Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 40-41.)

К княжескому управлению относятся также печати княжеских тиунов. Термин "тиун" часто встречается в документах разных периодов для обозначения должностей и лиц различного общественного положения. Упоминание о тиунах встречается в "Русской Правде", в "Поучении Владимира Мономаха", в летописях. О тиунах упоминают духовные грамоты московских и некоторых удельных князей XIV-XV вв. в связи с отпуском их на свободу, так как тиуны, о которых идет речь в этих документах, были холопами. Но не все тиуны были лично зависимыми. Они являлись также должностными лицами по управлению городом или местностью, судебными чиновниками.

В Новгороде княжеские тиуны осуществляли княжеский суд. На печатях княжеских тиунов конца XIII - начала XIV в. на лицевой стороне изображался патрональный святой, указывающий на князя, тиуном которого являлся владелец печати. На оборотной стороне помещалось имя тиуна. Так, на печати, принадлежащей тиуну князя Дмитрия Александровича (вторая половина XIII в.) - Константину, на печати помещено изображение св. Дмитрия, а на другой стороне надпись "Константинова печать"*. В конце XIV-XV вв. характер печатей княжеских тиунов изменился. Печать княжеского тиуна могла включать одну надпись, без изображения, указывающую на имя и должность владельца печати. Известны печати княжеских тиунов, на которых помимо надписей помещались изображения человека, сидящего на престоле, и зверя. Особенностью этих печатей является обычное отсутствие данных, указывающих, чьим тиуном был владелец печати.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 43.)

Примером печати княжеского тиуна без изображения может служить печать тиуна Окинфа Ивановича. На лицевой стороне помещена надпись "Печать Окинфа Ивановича", на оборотной стороне продолжение надписи - "Князя великого тиуна". Тиун Андрей Климович имел печать с изображением человека на троне и круговой надписью "Андрей Климович". На оборотной стороне печати располагалось указание "Печать князя Великого тиуна"*.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 44, 172.)

Рис 43.	Печать тиуна Андрея Климовича
Рис 43. Печать тиуна Андрея Климовича

Под государственными актами, исходившими от Новгорода Великого в период его самостоятельности, помимо государственной новгородской печати обычно стояли печати Новгородского архиепископа (владыки), посадника и тысяцкого. Печати Новгородского архиепископа на одной стороне имеют изображение Богоматери, на другой - подробную надпись, указывающую на принадлежность печати. Такие печати встречаются с середины XII в. до конца XIV в.

Рис 44.	Печать Новгородского архиепископа Феоктиста начала XV в.
Рис 44. Печать Новгородского архиепископа Феоктиста начала XV в.

В качестве примера можно назвать печать новгородского архиепископа Феоктиста (начало XIV в.). Печать известна в семи экземплярах, три из которых сохранились при документах - две при грамотах Новгорода тверскому великому князю Михаилу Ярославичу (1304 и 1305 гг.)* и одна при новгородском экземпляре договорной грамоты Новгорода с тем же князем (1307- 1308 гг.)**. Остальные печати обнаружены в земле. На печатях архиепископа Феоктиста изображена Богоматерь с поднятыми руками, на груди у нее младенец, над головой младенца крест. По обеим сторонам головы Богоматери буквы - слева "МР.ИС", справа "ФУ.ХС". На обороте печати надпись, указывающая на ее принадлежность архиепископу Феоктисту.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 6, 7-8, стр. 15-18.)

**(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 9, стр. 19.)

Рис 45. Печать Новгородского архиепископа Евфимия XV
Рис 45. Печать Новгородского архиепископа Евфимия XV в.

Кроме рассмотренных печатей с новгородским владычным управлением связана большая группа печатей, принадлежавших различным категориям архиепископских уполномоченных и должностных лиц. В числе их следует указать: новгородских, ладожских, двинских и обонежских владычных наместников.

Рис 46. Печать владычного наместника на Двине Геннадия XV в.
Рис 46. Печать владычного наместника на Двине Геннадия XV в.

Возникновение должности владычного наместника в Новгороде относится к концу XIII в. Он замещал архиепископа на время его отъезда, а в отдельных случаях в его ведении находились вопросы имущественных отношений*. Печати владычных наместников не содержат надписи, указывающей на владельца печати. На них на одной стороне изображена Богоматерь, на другой - шести- или восьмиконечный крест на подножии или крест, усложненный изображением орудий "страстей" и начальными буквами слов: лобное место (л-м), губа (г), трость (т) и т. д.

*(См.: В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 51-60.)

Печати владычных наместников встречаются до конца XV в. Примером анонимной печати владычного наместника является печать времени архиепископа Евфимия (1429-1458 гг.), известная в пяти экземплярах, два из которых сохранились при актах*. На одной стороне печати обычное изображение Богоматери в рост с поднятыми руками, младенцем на груди и надписью "МР.ФУ." - против головы Богоматери и "ИС.ХР." - против головы младенца. На другой стороне изображен восьмиконечный крест на подножии, в которое упирается копье и трость, внизу череп. По сторонам креста надписи - слева "ИС", "НИ", справа - "ХР", "КА" (Иисус Христос ника), т. е. Иисус Христос победил (от греческого никао - побеждаю), а по сторонам копья и трости - буквы Л и М. По толкованию Н. П. Лихачева, начальные буквы слов: Лобное место.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 95, стр. 160, № 70, стр. 115.)

Рис 47. Печать новгородского посадника Андрея Климовича начала XIV в.
Рис 47. Печать новгородского посадника Андрея Климовича начала XIV в.

С конца XIII в. в Новгороде целые области назначались в архиепископское управление. В этих областях владычная администрация была "высшей республиканской властью, олицетворявшей новгородский суверенитет"*. Первой такой областью становится в XIII в. Ладога, в начале XIV в. - Новоторжская земля. В первой четверти XV в. архиепископу подчинялось Заволочье (Двинская земля), а затем Обонежье.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 54, 183. табл. 16, рис. 512; табл. 71, рис. 512.)

Большинство печатей владычных наместников имело с одной стороны надпись, указывающую на их принадлежность. В надписи могло быть указание на титул владельца или его имя. Вторая сторона печати занята либо изображением святого, имя которого носил архиепископ, чьим наместником являлся владелец печати, либо различной формы крестом.

Примером владычной печати с крестом является печать наместника на Двине Геннадия. Его печатью были скреплены две купчие середины XV в. на рыбные ловли и на село*. На печати с одной стороны имеется надпись, которая после восстановления может быть прочтена: "Печать наместника владыцкого Генадья", а на другой - изображение восьмиконечного креста на подножии.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 189, стр. 224-225, № 216, стр. 241.)

Владычные наместники скрепляли своими печатями различного рода сделки, связанные с поземельными отношениями.

Светское республиканское управление Новгородской феодальной республики включало посадников и тысяцких. Посадник, являясь высшим государственным лицом в Новгороде, скреплял своей печатью важнейшие государственные документы. Древнейшим типом посадничьих печатей были печати с изображением патрональных святых и имени без титула. К печатям такого типа относится печать посадника Андрея Климовича (начало XIV в.). Печать скрепляет грамоту Новгорода Риге с требованием возврата награбленного товара и выдачи разбойников (1303-1307 гг.)*. На одной стороне этой печати надпись: "Андреева печать", на другой - изображение Андрея Стратилата. Текст документа упоминает имя посадника. На этом основании, а также на основании летописных сведений о посаднике, который посадничал в Новгороде в 1286-1316 гг., можно считать, что печать принадлежит посаднику Андрею Климовичу.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 36, стр. 64-65.)

Посадники могли иметь печать, на которой помещалась надпись имени без титула и каких-либо изображений. На таких печатях указывалось имя и отчество посадника. Эти печати относятся к XIV - началу XV в. Например, известна печать посадника Семена Климовича, скрепляющая договорную грамоту Новгорода с Любеком, Готским берегом и Ригою о представлении немецким купцам сухопутного и водного путей (1301 г.). Второй экземпляр печати сохранился при рижском экземпляре этой же грамоты*.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 34, стр. 63-65.)

На печатях посадника Семена Климовича на одной стороне имеется надпись "Семенова печать", на другой стороне - "Климовича". Таким образом, на печати помещено имя и отчество без рисунка и указания на занимаемую должность*. О том, что печать принадлежит посаднику, свидетельствует документ, который начинается фразой: "От великого князя Андрея, от посадника Семена, от тысячкого Машка, от всего Новагорода". К документу привешены три печати: тысяцкого, князя и третья печать с именем и отчеством, которая может принадлежать только посаднику.

*(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 113, 214.)

Во второй четверти XIV в. появляются посадничьи печати с указанием их титула. Поздние печати посадников с указанием титула относятся к началу XV в. По характеру оформления их можно отнести к двум типам. К первому типу принадлежат печати с именем посадника без отчества и с эмблематическим изображением воина, фантастического зверя (льва), птицы. Ко второму типу относятся печати, которые содержат только надписи, указывающие на имя и отчество и титул посадника.

Рис 48. Печать новгородского посадника Василия Никитича XV в.
Рис 48. Печать новгородского посадника Василия Никитича XV в.

Примером именных посадничьих печатей с эмблематическим изображением является печать, принадлежавшая посаднику Федору Олисиевичу. Печатью скреплена договорная грамота литовского великого князя Казимира с Новгородом о мире (1440-1447 гг.)*. На одной стороне печати изображена птица и надпись "Печать Федора Олисеевича", на другой - фантастический зверь (лев) с поднятым хвостом и продолжение надписи: "Великого Новгорода посадника"**. Светский воин в полный рост с копьем и щитом изображен на печати посадника Василия Никитича (1416 - 1423 гг.). Печать скрепляет новгородскую грамоту (1422-1423 гг.) Риге***. На печати на одной стороне помещена надпись "Печать Василья Микитича", на другой стороне - изображение стоящего в полный рост воина с копьем и щитом, по краю надпись: "Руского посадника".

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 70, стр. 115-116.)

**(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 96, 199.)

***(В. Л. Янин. Две неизвестные грамоты XV в. "Археографический ежегодник за 1959 г.". М., 1960, стр. 338-339.)

Несомненный интерес представляет печать посадника Дмитрия Васильевича, которой скреплена жалованная грамота (1448-1454 гг.) Великого Новгорода Троице-Сергиеву монастырю на беспошлинный провоз товаров по Двине*. На печати с одной стороны изображена птица и надпись: "Печать Дмитрия Васильевича", на другой - воин в шлеме с мечом и щитом в руках, рядом звезда в круге и продолжение надписи: "Посадника Новгороцкого"**.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 95, стр. 150-151.)

** (В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 96, 199-200.)

Помощником новгородского посадника, предводителем городского ополчения являлся тысяцкий. Тысяцкий ведал также торговыми делами. Печати тысяцких относятся к периоду XIII-XV вв. включительно. Известны печати тысяцких, сохранившиеся при документах, часть печатей найдена в земле.

Все печати тысяцких по характеру оформления можно отнести к трем типам: печати с одними надписями, указывающими на имя и должность, иногда на этих печатях должность не указана; печати с надписью имени и должности и с эмблематическими изображениями; печати с надписью имени и должности и изображением патронального святого. На печатях тысяцких сочетаются эмблематическое изображение и изображение святого.

Основная масса печатей новгородских тысяцких не имеет изображений и содержит одну надпись. Примером печати без изображения, содержащей одну надпись, укызывающую на должность и имя тысяцкого, является печать тысяцкого Матвея Фалалеевича. Его печатями скреплено три документа второй половины XIV в*. На одной стороне печатей помещена надпись: "Печать Матьфея Фалалеевича", на другой - продолжение надписи "тысяцкого Новгорочкого".

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 15, стр. 28- 30, № 17, стр. 32-33, № 45, стр. 80.)

Не имела указания на должность владельца печать, принадлежавшая кончанскому тысяцкому Плотницкого конца Семену Андреевичу (70-е годы XIV в.). Печать сохранилась при новгородском наказе послам Юрию и Якиму (1372 г.)*. На печати на одной стороне надпись "Семенова печать", на другой стороне продолжение надписи: "Ондреевича"**.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, стр. 32.)

**( В. Л. Янин. Актовые печати, сто. 115, 215.)

Печатей с надписью имени тысяцкого, его должности и с эмблематическими изображениями известно довольно много. В качестве эмблематического изображения на печатях тысяцкого может быть помещено изображение воина в полный рост с мечом, птицы, фантастического зверя (льва) или светского всадника.

Рис 49. Печать новгородского тысяцкого Федора Олисиевича XV в.
Рис 49. Печать новгородского тысяцкого Федора Олисиевича XV в.

Примером печати с двумя эмблематическими изображениями является печать, принадлежавшая тысяцкому Федору Олисиеви-чу (30-е годы XV в.). На одной ее стороне помещено изображение светского всадника с копьем и круговой надписью "Федора Олисиевича", на другой стороне печати- воин в полный рост с круговой надписью "тысяцкого Новогороцкого".

К третьему типу печатей тысяцких с надписью имени и должности и изображением святого относится печать тысяцкого Филиппа (70-е годы XIV в.). Печать сохранилась при Новгородском наказе послам Юрию и Якиму (1372 г.)*. На одной стороне печати помещена надпись "Филипа тысячкого печать". На другой - изображен святой мученик Филипп - воин в полный рост с копьем и щитом и надпись: "Филип"**.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова, № 17, стр. 32.)

**(В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 102, 202.)

Интересным примером печати тысяцкого с изображением, с надписью имени и должности и изображением патронального святого и эмблематическим изображением птицы является печать, которая принадлежала тысяцкому Михаилу Андреевичу (середина XV в.). Печать скрепляла жалованную грамоту Новгорода Троице-Сергиеву монастырю на беспошлинный провоз товаров по Двине*. На одной ее стороне изображена птица с распущенными крыльями и обращенной назад головой. Вокруг изображения надпись. Край печати не отпечатался или обломался, так что часть надписи утрачена. На сохранившейся части печати можно прочесть: "Печать тыс... кого", т. е. "Печать тысяцкого новгорочкого". На обороте изображен архангел Михаил и продолжение надписи: "Михаиле Ондреевича". Таким образом, вся надпись может быть прочтена так: "Печать тысяцкого новгорочкого Михаиле Ондреевича". Очевидно, на этой печати изображен святой, имя которого носил тысяцкий, так как имена святого и тысяцкого совпадают**.

*(Грамоты Великого Новгорода и Пскова № 95, стр. 151.)

** (В. Л. Янин. Актовые печати, т. II, стр. 104, 204.)

Печати-пломбы. Во многих русских городах - Дрогичине Надбужском (самое большое количество), Новгороде, Пскове. Киеве, Твери, Рязани, Старой Рузе, Переяславле Рязанском - археологи находили свинцовые пломбы. Их количество в музеях составляет около 15 тыс. По своему внешнему виду это небольшие круглые кусочки свинца немногим больше 1-1,5 см в диаметре со следами шнура и с изображением.

Изображения на печатях-пломбах очень разнообразны: знаки Рюриковичей, поясные изображения святых, процветший крест, буквы латинского и славянского алфавита, кресты, звездочки, точки, кружочки. Разные типы пломб датируются периодом от XI до XIV вв.

Многими исследователями эти маленькие печати рассматривались как таможенные и торговые пломбы, так как множество их находили в пограничных центрах или центрах международной торговли Древней Руси. Наиболее распространенной является точка зрения К. В. Болсуновского, который считал, что это таможенные пломбы, привешиваемые к товарам как свидетельство об уплате торговых пошлин*. По мнению Н. П. Лихачева, печати-пломбы не что иное, как знаки производства. Они прикреплялись к товарам, исполняли свою временную функцию и потом выбрасывались**. В. К. Трутовский высказал предположение, что печати-пломбы - это вислые личные печати, заменявшие подпись участников сделки при заключении какого-либо договора, но не официального или правительственного акта***.

*(К. В. Болсуновский. Дрогичинские пломбы, ч. I, Киев. 1894.)

**(Н. П. Лихачев. Материалы..., вып. 2, стр. 88.)

***(В. К. Трутовский. Рязанские пломбы. Отчет этнографо-археологического музея, вып. 1. М., 1926, стр. 9.)

По-иному дает возможность истолковать значение пломб сочинение арабского путешественника Абу Хамида Ал-Гарнати, посетившего Русские земли в середине XII в. Ал-Гарнати рассказывает о характере денежного обращения на Руси. Он свидетельствует, что потерявшие свою товарную ценность шкурки пушных зверей продолжали служить деньгами, их связывали шнурком по 18 шкурок в пачки и на край этого шнура помещали кусок черного свинца и припечатывали его печатью с изображением царя*. В свете этого свидетельства можно сделать попытку истолковать значение части пломб как печатей, которые придавали шкуркам обязательность приема в качестве денег. Приблизительно 25% общего количестсва пломб имеет изображение знаков Рюриковичей. Возможно, что арабское обозначение "изображение царя" может быть переведено как "знак царства"**. Тогда все пломбы с изображением знаков Рюриковичей служили для опечатывания шкурок. Вполне вероятно, что часть печатей-пломб служила и для утверждения актов. К таким относятся находки печатей-пломб в земле в Новгороде***.

*(Путешествие Абу Хамида Ал-Гарнати. М., 1971, стр. 113.)

**(Путешествие Абу Хамида Ал-Гарнати. М., 1971, стр. 116.)

***(В. Л. Янин. Вислые печати..., стр. 163.)

Таким образом, печати-пломбы могли служить таможенными или торговыми пломбами, как печатями для опечатывания шкурок и для утверждения актов.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2010-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://ogeraldike.ru/ "OGeraldike.ru: Библиотека о геральдике, сфрагистике и флагах"